Заявление Касе Кика, председателя Совета Объединённой Черкесии, по поводу ареста Ибрагима Нагоева в Майкопе

 

Осуждение Ибрагима Нагоева к 11 годам лишения свободы — это не правосудие. Это откровенный акт политической расправы, осуществлённый репрессивной машиной российского оккупационного государства в отношении человека, чья единственная «вина» — это интерес к судьбе своего народа и право мыслить свободно.

​

Я заявляю со всей ответственностью: Ибрагим Нагоев никогда не являлся участником движения «Совет Объединённой Черкесии» и не имел никакого отношения к нашей организационной, административной или медийной деятельности. Попытки представить его как связанного с нашей организацией — это сознательная фальсификация, направленная на фабрикацию уголовного дела.

​

Политика нашей организации категорически исключает любое вовлечение людей, находящихся на территории Российской Федерации. Мы прекрасно понимаем, что в условиях действующего режима даже минимальный контакт или проявление симпатии к нашей деятельности автоматически делает человека объектом преследования. Мы никогда и ни при каких обстоятельствах не подвергли бы наших соотечественников подобной опасности.

​

После того как в 2024 году «Совет Объединённой Черкесии» был объявлен в России «экстремистской» и «террористической» организацией, а я в 2025 году был персонально внесён в соответствующие списки, стало окончательно ясно: российская власть криминализирует не действия, а само мышление, саму идентичность и стремление к свободе.

​

Я говорю об этом не понаслышке. За годы своей деятельности я неоднократно подвергался давлению, преследованию, арестам и пыткам со стороны российских силовых структур. Я знаю, как выбиваются «признания», как фабрикуются дела и как ломают людей. Именно поэтому я с полной уверенностью заявляю: подобные приговоры не имеют ничего общего с правом и справедливостью.

​

С высокой долей вероятности единственным «основанием» для преследования Ибрагима Нагоева могли стать его действия в открытом информационном пространстве — просмотр материалов, отметки, репосты. В условиях, где инакомыслие приравнивается к преступлению, этого оказалось достаточно, чтобы сломать человеку жизнь.

​

Я убеждён: признание вины было получено под давлением, в том числе с применением пыток. Это типичная практика, многократно зафиксированная в отношении политически мотивированных дел. Российская судебная система в подобных случаях выступает не как орган правосудия, а как инструмент узаконивания насилия.

​

Суд над Ибрагимом Нагоевым носит демонстративный, устрашающий характер. Это не просто приговор одному человеку — это сигнал всему черкесскому обществу: за любое проявление сознания, за любое слово, за любую мысль последует наказание. Это политика запугивания и подавления.

​

Я не знаком лично с Ибрагимом Нагоевым. Но сегодня это не имеет значения. Очевидно одно: перед нами человек, ставший жертвой репрессивной системы. И молчание в такой ситуации равносильно соучастию.

​

Я обращаюсь к международному сообществу, правозащитным организациям, политическим институтам: дайте правовую и публичную оценку этому приговору. Подобные действия не могут оставаться без внимания и реакции.

​

От своего имени и от имени всех членов «Совета Объединённой Черкесии» заявляю о полной поддержке Ибрагима Нагоева и его семьи. Мы будем добиваться огласки этого дела и продолжим борьбу за права нашего народа, несмотря на давление, угрозы и репрессии.